ТРОПОСФЕРНАЯ РАДИОРЕЛЕЙНАЯ СТАНЦИЯ 2/3500

Воспоминания

Страница 1

Андрей Черников

Попал на Поной - сиди и не ной

Поной находится на побережье Белого моря. Поэтому на продуваемом насквозь пространстве нет деревьев и кустов. Кусты прячутся в редких ложбинках, а деревья начинают появлятся и увеличиваться в росте помере того, как ты спускаешься в пропасть (глубиной метров 200) ,где течет река Поной. Там внизу на противоложном берегу, достаточно широком, стоит деревня Поной. Деревня была брошена (собирались строить приливную ГЭС), но осталось там почти все, что было:дизельная, библиотека, жилые дома и скарб - всего не заберешь.
В поселке Корабельное, недалеко от пропасти, стояли два двухэтажных дома, казарма наша и казарма ПВОшников, склады, дизельные, котельные и т.д..
В устье Поноя, в 20км от нас были пограничники и маяк, там жил маячник с семьей.
С другой стороны, тоже километров в 20-ти, располагалась маленькая точка ВМФ и был маяк.
Техническая зона станции «Искра»находилась в 5км от поселка и из окна был вид на море и то, что частенько проплывало мимо.
В поселке в нашем доме обитали не только жильцы, но и распологались сушилка, АТС, гостиница, медпункт, радиостанция связи с Сосновкой и кинотеатр, переделанный из 3-х комнатной квартиры. Кинопроектор стоял на доске на ванной, в двери было окошко.


В доме братьев, так мы их звали, была почта, гостиница и магазин, который «приказал долго жить» из-за нерентабельности.
Каждый год в навигацию завозилось топливо, уголь, продовольствие и все остальное, в зависимости от необходимости, например для замены дизелей. В километре от берега раходились вагончики в которых жили на это время. Воду брали из ручья вытекающего из болотца. На Белом море очень сильные приливы иотливы, имелся их график. Судно подходило к причалу, начиналась разгрузка. Уголь трактором высыпали в море, а после отлива выгребали на берег. За время разгрузки судно успевало сесть плоским дном на грунт, а потом подняться. Главное надо было успеть тем, кто разгружал.
На берегу находились емкости для дизтоплива. Когда приходил танкер, то он пристыковывался и закачивал топливо. Перекачать соляр на техзону было головной болью инженера-энергетика. По тундре шел топливопровод длиной 18 километров, установленный на бочках. было две насосные станции: один - в начале, а другой - на 7-м километре.


Дежурные расчеты жили прямо на техздании. Вода летом завозилась, а зимой ее оттаивали из снега в бочках, стоящих в зале ВВО. Вкус воды зимой менялся в зависимости от выбросов в воздух весьма отдаленной от нас промышленности. Но об этом тогда не догадывались и всегда возникал вопрос: «А далеко ли от туалета брали снег?» Туалет стоял между ТЗ и дизельной. Зимой его накрывало выше крыши. Наверху большого сугроба лежала дверь, далее снежные ступени и дверь самого туалета. Помни: плотно закрывай верхнюю дверь иначе долго откапываться придется.


Автотехнику берегли. Расчеты в любое время года и погоду (мягко сказано) барражировали эти пять километров на пересмену, регламентные работы и баню. Зимой ГТТ пробивало дорогу напрямую и это сокращало путь, но было опасно. Один раз дальник потерялся, но хорошо, что наткнулся на здание колодца. С кем этого не было? Бог миловал. Продукты тащили на себе, зимой на санках. Вдоль дороги (2 бетонные колеи) стояли бочки и бывало, что следующую и не видно сразу.


Году в 84-85-м на жилзоне развернули спутниковую антенну, шла только одна программа. До этого вместо программы «Служу Советскому Союзу» читали газеты в ленкомнате. До ТЗ сигнал не добивал не смотря на все старания и муки творчества - передатчик был слаб, а тундра «набита» железом.
Связь между ТЗ и ЖЗ шла по столбам связи. Линия уже тогда была старушка и часто захлестывалась и рвалась. Я отвечал за нее. Восстанавливали в любую погоду и скажу вам, что лучший напарник по этому делу солдат, которого не любит командир. Это были люди на которых можно было положиться в таких обстоятельствах.
Постоянная « борьба за выживание»заставляло руководство части все свои интересы направлять в русло защиты бытовых условий на жилзоне. Это было острой необходимостью. Но доходило и до смешного. Под стаканчик редкого на Поное спиртного лучшими представителями жилзоны рассуждалось: «А на хрен эта техзона нужна? Закрыть ее на фиг.» Было и не очень смешное: и воду забывали завести (значит с баком до ближайшего озерца) и однажды зимой ездили на ГТТ к морю за маслом (чуть дизеля не встали). Столько дел -не до ТЗ.
Список хозработ для персонала станции был долг и длинен. Никогда не выполнялся полностью за исключением анекдотического случая.
Смена отдежурив попадала сразу в наряды - АТТ и АХЧ берегли ,т.к. сложилось мнение, что «они все равно ничего не делают» Начальникам смен, расчетов давали выходной, полвыходного раз в месяца три. Из-за летнего регламента и навигации отпуска давали зимой. Тяжело было женатым и их семьям.


Уже тогда Поной представлял собой место для съемок фильма «Сталкер» Тарковского, а сейчас , наверное, как после конца света. Брошенная деревня, руины от поселка ВМФ в устье, демонтированная береговая артиллерия, старая позиция ПВО, металлические километры аэродрома, попадающиеся бункеры, остатки локаторов и ряды техники в тундре, бездна пустых бочек. Сегодня к этому присоединилась «Искра», братья и Корабельное.


Про медавиацию говорить не приходится. Мл.сержант (фельдшер) Кулешов шесть часов вытаскивал с «того света» маячника, а вертолет прибыл через 12 часов. Не хочется все упоминать случаи.


Нашел в интернете записи туристов. Огромное им спасибо. Оказывается наши четыре «лопуха» до сих пор торчат на побережье, вызывая у морфлота и очень редких посетителей Поноя слухи и легенды. Это забавляет.
Думаю, пока Поной дикий, антенны будут стоять, в отличии от «Канвы». Спасибо туристам, побывавшим на техздании, за то, что им больно от разрухи так как и мне.

Назад Следующая страница
Главная страница