ТРОПОСФЕРНАЯ РАДИОРЕЛЕЙНАЯ СТАНЦИЯ 4/102

Уральские рассказы

Страница 1 2 3 4 5 6

Борис Блинов

Джарджан - Ленинград

(долгая дорога домой)

Я был призван в ряды СА после окончания Ленинградского техникума морского приборостроения 14.07.67. на 3 года. Но закон изменился, и я прослужил 2 года 5 м-цев до 9.12.69. Первым из нашего призыва был уволен Вася Винниченко, где-то летом 69 года, он прослужил даже меньше 2 лет. Вася был очень толковый радист и стоял на должности ст. техника и на смены не ходил. Пришел приказ уволить одного человека – Ваське повезло. Он 1945 года рождения, уроженец Чернигова, хотел поступать в институт и его уволили.
 А в первое  массовое увольнение (.) покидало человек 10, но до наступления Нового 1970 года сменились все.
Нахлынули воспоминания и расскажу, как проходил последний день моей срочной службы и как мы с одним из моих Питерских сослуживцев, ныне уже покойным, Лешей Андриановым добирались домой.

9 декабря была моя смена и я находился на дежурстве. Вдруг звонок  от соседей из Жиганска. Сообщают, что мол к вам летит самолет со сменой.  Мы все тогда жили предстоящим увольнением и постоянно друг над другом по этому поводу подшучивали. Я и тогда подумал: издеваются, живут там ближе к цивилизации, поселок все же и есть хоть какая-то, но смена обстановки. А у нас  тут глушь и  одни и те же лица в течение полутора лет. Из развлечений  только рыбалка, охота и карты. Но тут второй звонок, уже просят командира. Подслушиваю разговор – действительно к  нам летит самолет и буквально через полчаса у него посадка в (.) ПВО это в 13 км вверх по Лене. Третий звонок последовал от командира ст. л-нта Конышева: передать смену мл. с-ту Ратушняку и 15 минут тебе на сборы,  улетаешь домой, все служба кончилась, дембель.
Через 15 минут мы все, переодетые и совсем обалдевшие, стояли в строю. Командир поблагодарил за службу, расцеловал всех на прощание, шутя, обозвал меня „неслухом”(за то, что был одет в ПШ вместо парадной формы), пожелал счастливой дороги и удачи в гражданской жизни.
 Проводы были недолгими.  Мы забрались в кузов ГАЗика и по снежной дороге, счастливые от неожиданной  радости, помчались к месту посадки. Из питерских со мной был ныне уже покойный Леша Андрианов.  Но когда мы подъехали  к ПВОшникам нашему разочарованию не было предела. Оказывается АН-2 сел, выгрузил смену и благополучно улетел обратно в Жиганск, пообещав вернуться за нами на следующий день.
Дело в том, что зимой рассветает всего на час, полтора, а полеты в ночное время таким самолетам были запрещены.
Погода стояла очень неустойчивая, пурга только что закончилась и могла начаться в любой момент, мы могли застрять на неопределенное время. Нам предложили вернуться, но мы все дружно отказались и решили дожидаться утреннего рейса. Завернулись в шинели и где-то на полу в полудреме провели ночь.
Пилоты не обманули, самолет вернулся утром. До Жиганска лету часа два, я туда уже летал на таком же „лайнере”, но и мне было интересно смотреть сквозь полузамерзшее окно на мелькавшую внизу бесконечную череду замерзших озер и снежных холмов, покрытых тощими  зимними лиственницами. Самолет летел низко, 1000м не более, сослуживцы мои, летевшие впервые, не могли оторвать глаз от иллюминаторов. А сквозь неплотно закрытую на простую оконную защелку дверь, дул разгоняемый винтом холоднющий ветер. Мороз стоял за -45°С.
Долетели без происшествий. В Жиганске только что кончилась пурга и весь сарай, называемый „Залом ожидания” был забит самым разношерстным народом. Запах и гул стояли невероятные. Все ожидали свои рейсы, а самолетов не было. Зная о моем прилете, подъехал мой давнишний друг Юра Боровиков.
Мы были знакомы с ним еще по учебке в Актюбинске и очень дружили. Он раньше меня  был направлен на (.) в Якутск, летом 69года перешел сверхсрочную и далее проходил службу в Жиганске. Отличный мужик и настоящий друг. Знаю, что он закончил Якутский универ по специальности связанной с нефтедобычей и проживал в Якутске. Мы с ним виделись последний раз летом в 81 году. Юра с женой и сыном, делая турне по России, заехал к нам на несколько дней в Питер. А дальше – мы некоторое время переписывались, но я переехал на другую квартиру…. в общем, связь оборвалась. А жалко!
Так вот, продолжаю. В аэропорт попрощаться подъехал Юра. Прощались навсегда, не думали, что судьба даст возможность встретиться вновь, крепко выпили.
Но надо лететь,  самолет прилетел, но народу полно, и все в Якутск, и на несколько рейсов вперед. Стоим с Лехой Андриановым перед билетной кассой и с больной головой  думаем: как быть, как попасть на борт?  Стоим и канючим кассиру – мы, мол, из Питера, два с половиной года вдали от родных, маму давно не видели, девушек красивых, а якуты чай пить друг к другу летают, оформите билеты или посоветуйте, как быть. И кассирша посоветовала, вот идет  командир корабля, он может взять вас под свою ответственность. Мы к нему с теми же словами и что готовы лететь хоть на чемоданах в грузовом отсеке. Он посмеялся, но на борт взял.
 А летели мы Лехой  на этом видавшем виды заплатанном и заезженном ЛИ-2 или ИЛ-14, уже не помню, действительно на чемоданах, сразу за кабиной пилотов было свободное пространство – других мест не было.
Кстати говоря, после срочной службы я прослужил 25 лет в авиации кадровым офицером и таких развалюх, которые летали на севере, к счастью, не встречал! Но тогда мы на все смотрели другими глазами, душа пела, а внутренний голос говорил: домой, скорей домой.
Прилетели в Якутск, а там народа перед кассой еще больше, чем было в Жиганске. Работая локтями и извиваясь как ужи, мы пролезли к кассе. Леха нырнул головой в окошко и тут же вынырнув, изрек: билетов на Питер нет. Но с места у кассы не сдвинулся ни на шаг. Я крикнул ему через головы пассажиров: бери куда угодно, лишь бы выбраться отсюда. Прослужив на севере на старшинских должностях почти по 2 года, в местах, где и потратиться негде, мы ехали на большую землю с деньгами. У меня было помнится рублей 200, у Лехи примерно столько же. А это были действительно деньги, хлеб стоил 14 коп., а бензин всего 7 коп. за литр. По приезду я даже матери отдал какую-то сумму на свой первоначальный прокорм. Поэтому мы не особо переживали насчет маршрута следования – нам нужно было быстрее.
 Взяли билеты на Москву. Тихоход ИЛ-18, две посадки в Иркутске и в Новосибирске, везде задержки рейсов, непогода. Летели до Москвы без малого сутки, приземлились поздно вечером или ночью.
 Первый самолет на Питер утром. Билеты – пожалуйста. За весь перелет очень устали, но в эту последнюю ночь глаз не сомкнули, не могли дождаться утра.
 Час полета и вот он родной мой город. Сходя по трапу, от избытка переполнявших меня чувств, сорвал с себя свою длинноухую зимнюю шапку и зафутболил ее далеко­-далеко на ВПП, крича во все горло: Питер я вернулся!!!

 Давно все это было, а как будто вчера. А была суббота, отец дома, мать в школе на работе, младший брат на учебе, но меня все ждали и это уже личное.
Назад Следующая страница
Главная страница